Как предотвратить насилие и издевательства над детьми с особыми потребностями

06 сентября, 2025

В мире 240 миллионов детей живут с той или иной формой особых потребностей. Многие из них сталкиваются с предрассудками и маргинализацией, и зачастую их проблемы остаются невысказанными и незамеченными окружающими. Дети и подростки с особыми потребностями в четыре раза чаще сталкиваются с угрозой физического и сексуального насилия. Что касается явления издевательств, то у детей и подростков с особыми потребностями вероятность подвергнуться издевательствам в три раза выше, чем у других сверстников. Помимо этого, женщины и девочки с ограниченными возможностями сталкиваются с двойной дискриминацией, в результате чего они подвергаются более высокому риску гендерного насилия, сексуальных злоупотреблений, пренебрежения, жестокого обращения и эксплуатации.

Мы побеседовали с родителями детей с особыми потребностями, а также с психологом Серджиу Тома, с целью выяснить, как сказывается насилие на детях с особыми потребностями, а также найти решения для предотвращения этого явления.

«Даша может постоять за себя, но у меня страх все равно остается»

Аурика Атонов родила Дарью в 1986 году, в 21 год, когда о синдроме Дауна мало что говорили и мало что знали. Когда Дарья подросла, Аурика повела ее в детский сад. Однако другие родители не захотели видеть Дарью рядом со своими детьми. И тогда Аурика решила заниматься воспитанием своей дочери на дому.

«Как-то раз, когда Даше было шесть лет, она пошла на детскую площадку, а я была рядом и присматривала за ней. В какой-то момент я заметила, что дети бросают в нее камнями. Начала бросать какая-то девочка, и к ней присоединились другие», - рассказывает женщина. Даже если она подошла к родителям девочки и попыталась обсудить ее поведение, происходящее не вызвало у них беспокойства. «Они сказали мне, что таких детей надо держать дома, им нечего делать на улице», — вспоминает женщина.

Аурика добавляет, что насилие и издевательства имеют место не только в отношении детей и подростков с особыми потребностями, но именно они кажутся более легкой «мишенью».

«Сейчас ей 38 лет, но мы продолжаем ходить по улице держась за руки. Я боюсь, что кто-нибудь посмотрит на нее недоброжелательно или скажет какую-нибудь гадость. Сейчас она уже не ребенок и может постоять за себя, но у меня страх все равно остается», - признается женщина.

К сожалению, взрослые и дети с синдромом Дауна и сегодня сталкиваются с травлей, особенно словесной. «Недавно мы ехали на троллейбусе с Дарьей и еще двумя детьми с синдромом Дауна и их родителями, и какие-то молодые люди 16-17 лет начали над ними смеяться, говорить обидные слова. Даша достала телефон и начала их снимать, отчего они стали смеяться громче», - рассказывает женщина. Тогда Даша расплакалась, и ее маме пришлось ей объяснять, что это не ее вина, а отсутствие воспитания и понимания у молодых людей.

По словам Аурики, несмотря на то, что она пыталась объяснить молодым людям в троллейбусе, что они ведут себя неправильно, она понимает, что этого недостаточно, чтобы изменить ситуацию. «Было бы эффективнее, если бы дети и подростки участвовали в мероприятиях с людьми с особыми потребностями, чтобы понять, что последние такие же, как они, чтобы научиться больше сопереживать».

Родители детей и взрослых с синдромом Дауна стараются всегда быть рядом с ними, поскольку у них недостаточно механизмов, чтобы защититься или ответить, когда над ними издеваются.

«Когда мы идем по улице, и кто-то пристально смотрит на Дашу, и она спрашивает, почему это происходит, я ей отвечаю, что она звезда, а люди узнают ее, потому что видели по телевизору. А если кто-то ее обижает, я говорю ей, что он ничего не понимает, это не твоя вина, это не должно тебя расстраивать», - объясняет Аурика.

«Мне говорили, что Богдан «неправильный» и даже называли его дебилом»

Богдану 13 лет, он первый ребенок Ксении Телеки и ее супруга. У супругов есть еще двое детей: 11-летняя Мария-Елена и двухлетняя Ана-Иоана. Они живут в селе Пересечина, района Орхей. Поначалу Богдан казался здоровым ребенком, но когда он подрос, в семье стали задаваться вопросами. Когда мальчику исполнилось два с половиной года, после многочисленных визитов к врачам и неподтвержденных диагнозов врачи остановились на аутизме.

Еще с детского сада Богдану довелось столкнуться со словесным насилием и непринятием. «Воспитатели часто пренебрегали им, оставляя стоять одного в углу. Воспитатели говорили нам, что Богдан неправильный ребенок, и даже называли его дебилом», - рассказывает Ксения.

Женщина признается, что тогда она была молода, мало что знала о диагнозе сына и о том, как реагировать в таких ситуациях. Доходило до ссор с воспитателями, а плохие слова сыпались как на ребенка, так и на нее.

«Богдана не принимали не только воспитатели, но и другие дети в группе. Дети говорили: отойдите, не играйте с Богданом, он не такой, как мы», - рассказывает Ксения. Ни воспитатели, ни учреждение не были готовы к правильной работе с Богданом. Большую часть времени его просто оставляли в стороне, одного. Когда он был маленьким, Богдан не понимал, что происходит вокруг него, он не понимал, что его не принимают сверстники и воспитатели.

«Не знаю, как происходит в городе, но в селе на детей навешивают ярлыки. Все начинается с детского сада, если на ребенка навешивают ярлык в детском саду, с таким же ярлыком он пойдет в школу», - говорит Ксения.

Однако, когда Богдан пошел в начальную школу с персональной ассистенткой, то есть сестрой Ксении, ситуация вроде бы улучшилась. «Наша учительница в начальных классах всегда говорила одноклассникам, что Богдан - немного особенный ребенок, но он такой же ребенок, как и все остальные», - говорит Ксения. Но, начиная с 5-го класса, все изменилось, одноклассники стали избегать Богдана, иногда смеются над ним или показывают на него пальцем. Даже если биологический возраст Богдана 13 лет, умственно он находится на уровне ребенка 2-4 лет. Когда случается, что кто-то его обижает, он начинает плакать и приходит ко мне, чтобы обнять, говоря «мама»», - рассказывает Ксения.

Случается, что и на улице прохожие позволяют себе грубость в адрес Богдана. А кое-кто из соседей заявил Ксении, что ей следует держать сына запертым в доме. «В эти моменты у меня возникает чувство вины, что я не могла сделать большего для своего ребенка. Я чувствую, что мы одни, а окружающие относятся враждебно к моему ребенку и нашей семье», - признается Ксения.

Как предотвратить насилие и издевательства над детьми с особыми потребностями

По мнению психолога Серджиу Тома, насилие и травля в отношении детей и подростков с особыми потребностями могут объясняться отсутствием опыта жизни рядом с ними. В результате другие дети ведут себя так, как они знают или как им выгодно. Им сложнее, потому что зачастую поведение детей с особыми потребностями им непонятно». Психолог добавляет, что в этой ситуации для детей естественно замкнуться, не взаимодействовать, потому что они не знают, как это сделать.

По словам Серджиу Тома, зачастую дети с особыми потребностями воспитываются в защитной среде, а когда выходят на улицу, где у них нет такой же защиты от окружающих, шок становится еще сильнее, и дети могут оказаться более уязвимыми из-за своих особых потребностей.

Устойчивость, или сопротивляемость к стрессовым факторам окружающей среды, формируется у детей в раннем возрасте и является постепенным процессом. «Независимо от того, говорим ли мы о ребенке с особыми потребностями или нет, роль родителей – объяснить им, что в мире есть, по простому говоря, хорошие и плохие люди. Поэтому он должен быть готов к тому, что кто-то может его не принять или плохо поступить по отношению к нему», - говорит психолог.

Предлагаем вашему вниманию несколько рекомендаций от Серджиу Тома для родителей.

Как я могу помочь своему ребенку противостоять издевательствам:

Объясните ребенку, что некоторые люди, с которыми он встретится или будет взаимодействовать, могут проявлять по отношению к нему враждебное или агрессивное поведение, и причина не в его особых потребностях, а в недостатке понимания и сочувствия у таких людей.

Проанализируйте вместе с ребенком различные ситуации, в которых над ним могут издеваться, когда вас не будет рядом: в школе, на детской площадке, на улице.

Объясните ребенку, что бояться или плакать - вполне естественная реакция.

Научите ребенка обращаться за помощью, когда он не может справиться с ситуацией.

Расскажите ребенку, к кому он может обратиться в различных ситуациях: к одному из родителей, братьям, сестрам или родственникам, учителям и т. д.

Насилие в школьной среде

Конечно, не только родители детей с особыми потребностями должны нести бремя создания более толерантного общества. По мнению Серджиу Тома, присутствие ребенка с особыми потребностями в классе и школе является фактором риска возникновения издевательств. Роль педагогов заключается в том, чтобы подготовить почву, объяснить учащимся, что не будет никакой терпимости к насилию в любом его проявлении. Учителя должны помочь детям создать среду, в которой царит взаимное уважение и где учащиеся знают, что могут обратиться к педагогам, когда кто-то плохо себя ведет или возникают непонятные для них ситуации. Таким образом, формируется культура совместного проживания.

«Мы должны понять, что предотвратить насильственные действия - это не значит сделать так, чтобы они никогда не происходили. Но это означает создание среды, в которой у детей и подростков есть другие способы заявить о себе, решить проблему, выразить свое недовольство, не прибегая к какой-либо форме насилия».

Каким образом школа может предотвратить насилие? Рекомендации психолога:

Наблюдение за местами, где может иметь место агрессивное поведение: игровые площадки, коридоры, где учащиеся проводят перемены, места за зданием школы, учебные классы во время отсутствия в них взрослых.

Учитель должен очень твердо выражать свое негативное отношение к любой форме издевательств и не проявлять такое поведение по отношению к ученикам.

Обучение педагогов методам предотвращения неподобающего поведения или издевательств над детьми с особыми потребностями.

Дети с особыми потребностями и другие дети должны знать, что они могут довериться педагогам в случае возникновения недоразумений и что педагоги - первая инстанция, к которой им следует обращаться за помощью.

По словам психолога Серджиу Тома, когда мы говорим о помощи детям, столкнувшимся с различными формами издевательств, независимо от того, есть у них особые потребности или нет, требуется разнонаправленный подход. «Необходимо работать не только с ребенком, над которым издеваются, но и с его родителями, детьми, которые проявляют такое поведение, учителями и всеми остальными, кто оказался причастен к этому. Таким образом, мы сможем лучше понять ситуацию и найти решения».

Контактная информация о бесплатных и конфиденциальных услугах поддержки:
Телефон доверия для женщин и девочек 0 8008 8008
Телефон Ребенка 116 111
Телефонная служба бесплатной помощи для людей с особыми потребностями 080010808

Представленные продукты выпущены в рамках кампании, организованной ЮНИСЕФ Молдова в партнерстве с ОА Prietena Mea: «Инклюзивный мир начинается с меня, с тебя, с нас», направленной на изменение отношения и расширение возможностей детей и подростков с особыми потребностями, а также их родителей или попечителей.

Другие рекомендуемые

Смотреть все

Другие рекомендуемые

23 октября, 2026

Помоги мне, но не вместо меня

Помогать ребёнку — не значит всегда делать всё за него. Иногда самая ценная помощь заключается в том, чтобы предоставить ему поддержку, позволяющую попробовать самому. Между «сделай сам» и «я сделаю за тебя» существует множество форм помощи, благодаря которым ребёнок может учиться, участвовать и постепенно становиться более самостоятельным.

Для ребёнка с особыми потребностями необходимый уровень помощи может варьироваться от одного занятия к другому и даже от дня к дню. Поэтому важно наблюдать за тем, что он может сделать самостоятельно, где испытывает трудности и какая именно поддержка помогает ему продолжить действие.

Сколько помощи ему требуется?

Первый шаг — понаблюдать, прежде чем вмешиваться. Пытается ли он сделать это сам? Знает ли он, каков следующий шаг? Трудно ли ему начать, организовать последовательность действий или выполнить их? Ответы помогут нам выбрать правильную форму поддержки.

Например, если ребёнку нужно надеть куртку и он знает, что делать, но не начинает действие, может быть достаточно вербальной подсказки: «Пришло время надеть куртку». Если он не знает, каков следующий шаг, мы можем показать ему, что следует дальше. Если ему трудно следовать последовательности действий, мы можем использовать картинки или символы. При наличии моторных трудностей может потребоваться физическое направление (направляющий жест или помощь «рука в руке»). Цель состоит не в том, чтобы автоматически давать больше помощи, а в том, чтобы определить именно тот уровень поддержки, который ему необходим.

Не все формы помощи одинаковы

Существует несколько способов поддержки, которые можно адаптировать в зависимости от ребёнка, занятия и ситуации.

Вербальная подсказка — одна из самых наименее интрузивных (вмешивающихся) форм поддержки. Мы можем спросить: «Что дальше?» или «Куда ставится щётка?», давая ребёнку возможность самому найти ответ.

Моделирование (демонстрация) предполагает показ того, как выполняется действие. Мы можем продемонстрировать, например, как выдавливать пасту на щётку или как складывать футболку, а затем остановиться и предоставить ему возможность сделать то же самое.

Визуальная поддержка может быть полезна, когда ребёнку трудно удержать в памяти или организовать шаги действия. Последовательность картинок может показывать: «возьми щётку $\rightarrow$ выдави пасту $\rightarrow$ почисти зубы $\rightarrow$ прополощи рот $\rightarrow$ поставь предметы на место». Таким образом, картинки, символы, наклейки или списки шагов помогают ему продолжать действие, не завися постоянно от указаний взрослого.

Физическое направление может потребоваться, когда ребёнку нужна помощь для выполнения движения. Взрослый может слегка направлять руку или тело ребёнка, не выполняя всё действие за него. Эту форму поддержки следует использовать ровно столько, сколько необходимо, и сокращать по мере того, как ребёнок приобретает больший контроль. На другом полюсе находится выполнение задачи вместо ребёнка. Если взрослый постоянно берёт выполнение на себя, ребёнок теряет возможность попрактиковаться в том, чему мог бы научиться.

Принцип «минимально необходимой помощи»

Полезный принцип — начинать с минимального уровня поддержки, необходимого ребёнку для продолжения действия, и увеличивать его только при необходимости.

Например, если ребёнок не надевает носок, мы можем начать с вербальной подсказки. Если этого недостаточно, мы можем показать действие. Если он всё ещё испытывает трудности, мы можем использовать визуальную поддержку или предложить физическое направление для части движения. Таким образом, ребёнок получает помощь без того, чтобы взрослый автоматически брал на себя всё действие целиком.

Этот принцип означает не отказ в помощи, когда ребёнок в ней нуждается, а предоставление достаточной поддержки для участия и успеха без излишнего ограничения его инициативы.

Даём время, прежде чем вмешаться

Иногда взрослый предлагает помощь ещё до того, как у ребёнка появится время попробовать самому. Ребёнок останавливается, а взрослый тут же предполагает, что тот не может, и заканчивает действие за него. Тот факт, что ребёнок не отвечает немедленно, не обязательно означает, что он не знает или не может. Ему может потребоваться больше времени, чтобы понять требование, организовать свой ответ или начать движение.

После подсказки или предъявления задачи мы можем дать ему несколько мгновений, чтобы обработать информацию, попробовать и решить, что делать. Если мы говорим ему: «Поставь чашку на стол», не нужно сразу же repeating инструкцию или вкладывать чашку ему в руку. Мы можем подождать и понаблюдать. Иногда ребёнку нужно просто немного больше времени, чтобы ответить.

Постепенно сокращаем поддержку

Когда ребёнок начинает выполнять действие с помощью, мы наблюдаем, может ли он сделать чуть больше с минимальной поддержкой.

Если ранее ему требовалось физическое направление, мы можем попробовать позже дать только подсказку. Если он использовал последовательность картинок для всего процесса, мы можем постепенно убирать некоторые из них. Если ему требовалось несколько вербальных указаний, мы можем уменьшить их количество. Сокращение поддержки должно происходить постепенно и с учётом реакции ребёнка. Если действие снова становится слишком сложным, мы можем временно вернуться к большему уровню поддержки.

«Сделай ты» — не всегда отказ от автономии

Иногда ребёнок просит о помощи, даже когда может сделать часть действия самостоятельно. В такой ситуации не нужно ни делать всё сразу за него, ни отказывать в помощи. Мы можем ответить: «Я помогу тебе. Покажи мне, что тебе нужно...» или «Начни ты, а я помогу, когда понадобится». Так ребёнок учится определять, что именно для него сложно, и просить о конкретной поддержке. К примеру, мы можем разделить задачу: «Ты надеваешь носок, а я помогу расправить его правильно».

Просьба о помощи не означает отсутствие автономии. Умение распознать, когда тебе нужна помощь, и сообщить об этой потребности любым доступным ребёнку способом — это само по себе важнейший навык.

Поддержка должна помогать, а не создавать зависимость. Чтобы избежать зависимости от взрослого, полезно периодически спрашивать себя: «Нужен ли ребёнку всё ещё этот уровень помощи или он может попробовать сделать следующий шаг?». Не следует убирать необходимую поддержку только ради того, чтобы сделать ребёнка самостоятельным. В то же время нецелесообразно постоянно оказывать помощь, в которой ребёнок больше не нуждается.

Автономия строится на балансе между поддержкой и возможностью попробовать. Ребёнку важно знать, что взрослый рядом, когда ему трудно, но также получать пространство, чтобы делать то, что ему по силам. Иногда лучшая помощь — это подсказка. В других случаях — картинка, пример, адаптация или направляющая рука. А иногда самое лучшее, что мы можем сделать, — это просто подождать.

У каждого ребёнка свой темп. Главное — быть внимательными к тому, что он нам показывает, и подстраивать помощь под его потребности. Когда мы спешим сделать всё за него, мы можем лишить его возможности попробовать. Когда мы требуем, чтобы он сделал сам то, к чему ещё не готов, мы можем превратить обычное занятие во фрустрирующий опыт. Между этими двумя крайностями находится правильная поддержка: ровно столько, сколько нужно ребёнку, но не больше, чем необходимо.

Articol dezvoltat de Caraman Cristina, magistru în psihologie clinică, kinoterapeut cu comportamente în terapie ocupațională.

Acest material a fost dezvoltat în cadrul proiectului UNICEF „Învăț Limbajul Acceptării" implementat de AO Prietena mea cu suportul financiar al Ministerului pentru Cooperare Economică și Dezvoltare al Republicii Federale Germania, prin intermediul Băncii Germane de Dezvoltare (KfW).

20 октября, 2026

Автономия за пределами дом

Дом — это место, где осваиваются многие навыки. Сообщество — это место, где они начинают обретать смысл. В знакомой обстановке ребёнок знает пространство, людей, предметы и распорядок. Однако за пределами дома возникают другие вызовы: незнакомые люди, шум, толпа, новые правила, менее предсказуемые ситуации. Поэтому тот факт, что ребёнок справляется с чем-то дома, не означает автоматически, что он сможет сделать то же самое в магазине, общественном транспорте или кафе. Жизненные навыки необходимо практиковать в реальных контекстах, постепенно и в безопасных условиях. Нет необходимости превращать каждый выход из дома в урок. Однако мы можем превратить обычные ситуации в возможности для участия.

В магазине: от сопровождающего к участнику

Визит в магазин включает несколько действий: подготовка необходимого, поиск продуктов, ожидание в очереди, оплата и раскладывание покупок. Ребёнок может быть привлечён к одному или нескольким из этих действий в зависимости от своих возможностей. Мы можем начать ещё до выхода. Выбираем продукт, который ребёнок будет искать, и при необходимости используем фотографию. В магазине мы побуждаем его найти этот продукт и положить в корзину. Во время следующих выходов он может выложить продукт на ленту, протянуть карту, забрать чек или сложить покупки в пакет. Важен повтор этого опыта в одном и том же контексте, пока ситуация не станет более знакомой. Только после этого мы постепенно увеличиваем сложность.

В кафе: ребёнок — собеседник

Поход в кафе может стать возможностью попрактиковаться в общении в реальном контексте. Мы можем заранее посмотреть меню, подготовить несколько вариантов или потренироваться дома в формулировке заказа. Ребёнок может сказать, чего он хочет, указать на позицию в меню, фотографию или пиктограмму либо использовать своё коммуникативное устройство. Иногда официант обращается напрямую ко взрослому: «Что он/она хочет?». Вместо того чтобы автоматически отвечать за ребёнка, мы можем перенаправить общение: «Вы можете спросить у него/неё напрямую. Ему/ей нужно немного времени, чтобы ответить». Таким образом мы делаем больше, чем просто практикуем навык. Мы помогаем окружающим понять, что важно обращаться непосредственно к ребёнку и давать ему время или доступный способ коммуникации.

В транспорте: учимся ориентироваться

Общественный транспорт предоставляет другие возможности для обучения. Мы можем начать с короткого и знакомого маршрута, пройденного вместе несколько раз. Мы определяем легко узнаваемые ориентиры: место посадки, здание, магазин, количество остановок или место высадки. Ребёнок может следить за маршрутом по ориентирам, фотографиям, упрощённой карте или, если ему доступно, по телефону. Постепенно роли могут меняться: «Сегодня ты показываешь мне, где мы выходим». Взрослый продолжает отвечать за безопасность, но даёт ребёнку возможность применить то, чему он научился.

Подготовка — часть успеха

Для некоторых детей то, что мы делаем перед выходом, так же важно, как и само занятие. Мы можем использовать фотографии места, визуальное расписание, упрощённый маршрут или короткий сценарий того, что произойдёт. Если толпа или шум переносятся с трудом, мы можем начать в более спокойные часы и спланировать перерывы. Если мобильность ограничена, мы заранее проверяем доступность маршрута и пространства. Если изменения трудно предугадать, мы максимально чётко объясняем последовательность действий и, когда это возможно, что произойдёт при изменении плана. Мы не ставим ребёнка в ситуацию, чтобы проверить, «справится ли он». Мы готовим его так, чтобы он мог участвовать и имел реальные шансы на успех.

Полезная прогрессия выглядит так: делаем вместе → направляем → находимся рядом и наблюдаем → предоставляем больше независимости, когда это возможно и безопасно. Не каждый ребёнок дойдёт до последнего этапа в каждом занятии, и это не является самоцелью. Главное — найти уровень участия, подходящий каждому ребёнку.

Безопасности учатся, её не просто требуют

В общественном месте безопасность нужно практиковать конкретно. «Будь осторожен!» — слишком общее выражение, чтобы объяснить ребёнку, что именно нужно делать. Мы можем попрактиковаться, где мы останавливаемся перед переходом дороги, как распознаём место, где нужно выйти, у кого можно попросить о помощи или что делать, если мы потеряли из виду сопровождающего взрослого. Для некоторых детей может быть полезен номер телефона, заученный наизусть или доступный в удобной форме, а также ключевая информация, которую они могут показать доверенному лицу. Некоторые ситуации можно сначала разыграть дома: «Ты в магазине и не видишь меня. Что ты делаешь?». Позже эту стратегию можно отработать в знакомом месте, когда взрослый находится рядом.

Каждый выход из дома — жизненный опыт

В следующий раз, когда мы пойдём в магазин, парк, кафе или воспользуемся общественным транспортом, мы можем выбрать всего одну вещь, которую ребёнок попрактикует в реальной ситуации. Сегодня он ищет продукт. В другой раз — выкладывает его на ленту. Заказывает то, что хочет, узнаёт остановку, использует билет или тренируется просить о помощи.

Шаг за шагом сообщество перестаёт быть просто местом, где ребёнка лишь сопровождают. Оно становится пространством, которое он учится узнавать, где он может общаться, ориентироваться и участвовать в повседневной жизни.

Статья подготовлена Татьяной Лунгу, заместителем директора Республиканского центра психопедагогической помощи, психологом.

Этот материал был разработан в рамках проекта ЮНИСЕФ «Учу язык принятия», реализуемого ОА «Prietena Mea» при финансовой поддержке Министерства экономического сотрудничества и развития Федеративной Республики Германия через Германский банк развития (KfW).

14 октября, 2026

Дайте ему сделать самому: автономия дома

Автономия ребёнка строится через маленькие возможности, повторяющиеся изо дня в день. Выбирать, пробовать, ошибаться, просить о помощи и участвовать в том, что происходит вокруг, — это тот опыт, благодаря которому ребёнок постепенно учится справляться самостоятельно и активно включаться в собственную жизнь. Дом — одно из самых важных мест для формирования автономии, поскольку повседневные дела предоставляют множество возможностей для обучения и участия.

Для ребёнка с особыми потребностями этот процесс может потребовать больше времени, большего количества повторений, а иногда — адаптации самих занятий или окружающей среды.

Автономия начинается с мелочей

Не нужно ждать, пока ребёнок вырастет, чтобы дать ему первые обязанности. Они могут появляться рано и должны быть адаптированы к его возрасту, способностям и возможностям.

Для маленького ребёнка первым шагом может стать уборка игрушек: сложить кубики в коробку, отнести игрушку на место или положить грязную одежду в корзину. По мере его роста задачи могут усложняться: одеться, разложить свои вещи, накрыть на стол или приготовить себе простую перекуску. В то же время гигиенические процедуры также могут стать возможностью для практики автономии: помыть руки, почистить зубы, воспользоваться полотенцем или приготовить необходимые предметы.

Иногда ребёнок может самостоятельно выполнить лишь часть действия, и это уже является важной формой участия. Нам не следует сосредотачиваться исключительно на конечном результате. Если ребёнок пытается сам надеть кофту, даже если у него не получается идеально, его инициатива и усилия имеют значение и должны быть поддержаны.

Когда задание кажется слишком сложным, мы делим его на шаги

Для взрослого просьба «оденься» может казаться простой. Для ребёнка, испытывающего моторные, сенсорные, когнитивные трудности, а также сложности в коммуникации или организации, это может быть комплексной задачей.

Мы можем разделить действие на маленькие шаги: выбор одежды, её правильная ориентация, поиск воротника, просовывание головы и рук, натягивание одежды и впоследствии — застёгивание пуговиц или молнии. Мы можем использовать картинки, показывающие последовательность шагов, и простые verbal-указания. Для многих детей раздевание может стать более простым шагом перед тем, как они научатся одеваться самостоятельно. Повторяясь одинаковым образом и в одном и том же контексте, действие постепенно становится привычным. Тот же принцип можно использовать и для гигиены. Например, чистку зубов можно представить в виде визуальной последовательности: возьми щётку, выдави пасту, почисти зубы, прополощи рот и поставь предметы на место.

Адаптируем среду, а не только ребёнка

Не всегда именно ребёнок должен адаптироваться к занятию. Иногда само занятие или среда должны быть адаптированы под ребёнка. Например, просьба «накрой на стол для четырёх человек» предполагает несколько действий и этапов: заметить, сколько человек будет обедать, оценить, сколько потребуется тарелок и стаканов, знать, куда ставится каждый предмет, и организовать правильный порядок.

Для ребёнка, которому трудно сделать всё это сразу, мы можем создать визуальную поддержку. На столе может быть схема, указывающая место тарелки, стакана и ложки. Ребёнок сможет следовать этой «карте» и накрывать на стол самостоятельно. Мы также можем использовать наклейки с картинками или символами на ящиках, коробках и полках с одеждой, носками, игрушками или школьными принадлежностями. Размещение предметов в зоне досягаемости ребёнка и хранение их на постоянных местах помогают ему знать, где их найти и куда положить после использования. По мере обучения ребёнка визуальная поддержка может упрощаться, а помощь взрослого — сокращаться.

Приготовление перекуса — одно занятие, множество возможностей

Приготовление простого перекуса дает ребёнку возможность выбирать, планировать, координировать движения, следовать шагам, а также организовывать и убирать использованные предметы.

Это может стать отличным упражнением для развития автономии. Предположим, он хочет приготовить себе бутерброд с сыром. Действие предполагает: взять тарелку, найти хлеб, открыть контейнер, достать сыр, положить его на хлеб и затем убрать всё за собой. Если открыть контейнер трудно, мы можем выбрать тот, который использовать проще. Если сложно пользоваться кухонным прибором, можно подобрать более доступный и безопасный вариант. Ингредиенты можно разложить в том порядке, в каком они будут использоваться, чтобы ребёнок мог предугадать шаги. Цель состоит не в том, чтобы сделать всё за него, а в том, чтобы создать условия, в которых он сможет участвовать как можно более самостоятельно.

Поддержка сокращается постепенно

Иногда из желания защитить ребёнка или потому что мы спешим, мы делаем всё сами. Вполне естественно, что иногда так происходит. Однако когда мы постоянно берем на себя то, чему ребёнок мог бы научиться, мы даём ему меньше возможностей для практики.

Роль взрослого заключается не в том, чтобы резко убрать поддержку, а в том, чтобы оказывать её ровно столько, сколько необходимо. Иногда достаточно вербальной подсказки, в других случаях ребёнку нужно увидеть, что делать, получить визуальную опору или адаптированный предмет.

Пробы и ошибки — часть процесса. Когда ребёнок сталкивается с трудностями, мы можем дать ему несколько мгновений, чтобы попробовать другую стратегию или попросить о помощи. Автономия не означает «делать всё в одиночку». Это значит иметь возможность делать то, что по силам, принимать решения, включаться в повседневные дела и знать, когда и как попросить о поддержке. Мелочи, повторяющиеся ежедневно, шаг за шагом формируют автономию ребёнка и уверенность в собственных силах.

Articol dezvoltat de Caraman Cristina, magistru în psihologie clinică, kinoterapeut cu comportamente în terapie ocupațională.